— Понимаю, понимаю. Не терпится… Я сам такой! Но, дорогой Олег Николаевич, я должен вас немного разочаровать. Видите ли, какое дело… Сейчас весь институт занят выполнением ответственнейшего задания. Задания необычайной государственной важности! Имеются весьма строгие директивы из центра. Это не значит, конечно, что мы должны совершенно забыть о вашем проекте. Он будет рассматриваться нашими специалистами, обсуждаться.
— Немного обидно, но что ж делать, раз такое положение, — сказал Крымов, глубоко вздохнув.
— Ничего, ничего! Всему свое время. Я направлю вас работать в конструкторское бюро, которым руководит очень знающий и опытный инженер. Вы слышали о Трубнине?
— Немного слышал… — неуверенно ответил Крымов, вспомнив фамилию автора солидных технических статей.
Олег Николаевич вышел из кабинета возбужденный и радостный. Открывая дверь, он чуть было не столкнулся на пороге с человеком, с которым вчера встретился на дороге.
— Только что прошел ваш будущий начальник, — улыбаясь, сказала Нина Леонтьевна, рассматривая резолюцию директора. — Петр Антонович Трубнин… продолжала она, не замечая удивленного выражения лица Крымова.
Глава третья
Крымов вошел в просторный и светлый зал. Вдоль стен с огромными окнами тянулись ряды чертежных столов. На полу вдоль и поперек были разостланы мягкие ковровые дорожки. Сотрудники ходили по ним совершенно бесшумно. Только изредка раздавалось чье-либо осторожное слово или слышалось шуршание чертежной бумаги.
Олег Николаевич сел на свое место.
— Я к вам! — послышался мягкий и певучий голос.