Крымов повернул голову и увидел перед собой стройного юношу с мечтательными глазами, конструктора Катушкина, с которым он только что познакомился в кабинете начальника.
— Как я рад, что мне удалось встретиться с вами, — Катушкин приветливо улыбнулся. — Это так неожиданно! Вы приехали из Ленинграда?
— Совершенно верно, — ответил Крымов, недоумевая, почему инженер так рад знакомству с ним.
— Я никогда не был в Ленинграде, — продолжал конструктор, присаживаясь, но город этот люблю необычайно! С ним связано столько воспоминаний!
— Воспоминаний? — удивился Крымов. — Вы же говорите, что никогда не были в Ленинграде.
— Это правда. Но я имел в виду не свои личные воспоминания, а, так сказать, литературные. Ну, вы меня, конечно, поймете… Я совершенно отчетливо представляю Неву, белые ночи, Адмиралтейскую иглу, — одним словом, все, что воспето Пушкиным.
— Это конечно… — неопределенно протянул Крымов, внимательно наблюдая за собеседником.
Катушкин осторожно пододвинул свой стул и заговорил еще тише, почти шепотом:
— Основное мое несчастие заключается в том, что я мало путешествовал. А ведь это так важно! Ну, где я был? Учился в Новосибирске. Практику проходил в Магнитогорске. Немного работал в Донбассе. Но все это, знаете, не то…
— Почему не то? — опять удивился Крымов.