— Теперь его не может интересовать поломка обычного шахтного бура, — начал он тихо. — Его мысли далеки и витают в облаках… Что ему экскаватор, рассчитанный и спроектированный известным путем. Он работал честно и усердно у меня в конструкторском бюро. Но я представляю, как ему это было тяжело, когда совсем рядом изготовлялась модель его машины!
— Петр Антонович!
— Да имею ли я право требовать от него внимания к моему «прозаическому» экскаватору! — продолжал Трубнин, закуривая новую папиросу. — Его удел изобретать новые механизмы, а мой — строить давно известные буровые машины…
— Я пойду, — проговорила Зоя Владимировна, поднимаясь. «Не пришел… — думала она, опускаясь по лестнице. — Неужели Трубнин прав?»
Глава вторая
Сегодня инженер Цесарский пришел домой значительно позже обычного.
Наспех поужинав, он сослался на срочное дело и немедленно заперся в своем рабочем кабинете.
В действительности никакого срочного дела у него не было. Он принялся ходить из угла в угол, мучительно размышляя. Его постоянно жизнерадостное лицо приняло грустное выражение.
Подойдя к окну, чтобы задернуть штору, Модест Никандрович на минуту остановился. С высоты четвертого этажа было видно поле, залитое лунным светом, и забор испытательной площадки, посреди которой чернел силуэт шахтного бура.
— Да, вот оно что… — промолвил инженер, отходя от окна.