«Дорогие товарищи! — писал Корелин, сидя в проходной будке. — Я решился на этот шаг, чтобы избавить Арама Григорьевича от риска. Прошу не считать мой поступок за высокий и героический. Он продиктован мне только моей совестью. Ваш Александр Корелин».
Затем Корелин запечатал конверт и попросил Панферыча передать его рано утром, когда кончится дежурство, в канцелярию института. Неожиданно он обнял Панферыча и поцеловал его в щеку.
— Чего это с тобой? — удивился Панферыч.
Но Корелин ничего не ответил и скрылся за дверью.
Через несколько минут в проходной показался Богдыханов. Щурясь от яркого света лампы, он принялся перечитывать письмо, написанное им дома:
«Товарищи! Зачем главному инженеру рисковать жизнью! Это было бы неверно. Надеюсь провести испытание хорошо. До скорого свидания! Н.Богдыханов».
— Забыл посмотреть одну вещь, — объяснил он Панферычу, передавая конверт. — Отдашь в канцелярию после дежурства.
«Волнуются ребята, — решил Панферыч, вспоминая о предстоящем испытании. — Это хорошо. И на них ответственность лежит большая…»
Однако когда в проходной появился Шереметьев и стал предлагать ему для передачи письмо, то в голове Панферыча зародилось смутное подозрение.
«С одной стороны, студенты строили и собирали лодку, — думал Панферыч. — Допуск у них имеется на площадку для любого времени… Препятствовать их входу не имею права… А вдруг они собираются сами уехать вместо главного инженера? Надо на всякий случай пойти посмотреть», решил он через некоторое время.