«Что растворяется от дождя? — вдруг совершенно сознательно подумал больной. — Ах да, дорога…»
Баянов вытер рукой холодный пот и улегся поудобнее. Он решил больше не спать.
— Дорога растворяется от дождя… — тихо проговорил он. — Так, так… Забавный сон…
Вдруг голова его поднялась над подушкой. Несколько усилий, и больной уселся в постели.
— Ну да, так оно и есть… — тихо прошептал он, продолжая что-то мучительно вспоминать. «Может раствориться, и тогда не останется никаких следов. Надо проверить немедленно», проносится в голове больного.
Снова тянется рука за стаканом воды. Сделав несколько торопливых глотков, Баянов, превозмогая боль, опускает ноги с постели. Стиснув зубы и тяжело дыша, он начинает одеваться.
Наконец он одет. На нем тот же черный плащ. В руках — суковатая палка. Опираясь на нее, пробирается он по темному коридору к выходным дверям, открывает их, стараясь не произвести лишнего шума, и выходит на лестничную клетку, озаренную слабым светом одинокой электрической лампочки.
Через некоторое время его можно было уже увидеть выходящим из ворот институтской ограды.
Он направлялся в поле.