Смехотворные показания привратника Мишеля Бошара почти ничего не проясняют. Он рассказывает, что, входя в зал равенства, увидел лежащего на полу Леба: «И тут же, — говорит он, — Робеспьер-старший выстрелил в себя из пистолета, и пуля, не попав в него, пролетела на расстоянии трёх линий от меня. Меня едва не убили, поскольку Робеспьер упал на меня в коридоре, выходя из зала Равенства».

И, наконец, Дюлак, служащий Комитета общественного спасения, свидетельствует (правда, годом позже): «Я нашёл его лежащим у стола, он получил пулю, вошедшую примерно в полутора дюймах под нижней губой и вышедшей под левой скулой. Нужно, чтобы все отметили, ради истины, что именно я увидел его первым, и что неправда, будто жандарм, которого Леонар Бурдон представил в Конвенте, попал в него, как он хвалился, так же, как и в Кутона, которого он даже не задел: это необходимо разъяснить».

II

Как видно, по общему мнению современников, Робеспьер пытался покончить жизнь самоубийством. Барер сказал это с трибуны на утреннем заседании 10 термидора. Я допускаю, что Барер вынужден был лгать по своему официальному положению, но я не вижу, чтобы хоть кто-то противоречил ему. Сочинитель, который собрал касавшиеся дела слухи, Леонар Галуа, писал в «Истории Национального Конвента»: «Мнение всех бывших друзей Робеспьера, его сестёр и современников, было таков — он стрелял сам в себя из пистолета и пуля раздробила ему челюсть. Кроме того, его рана указывала на то, что он вложил пистолет дулом в рот. Если нужны какие-либо ещё доказательства, я обратил бы ваше внимание на то, что, лёжа на столе в Комитете общественного спасения, он непрестанно утирал кровь, тёкшую из раны, мешочком от пистолета ». Последняя деталь столь же важна, сколь и неоспорима. Не был ли это мешочек от пистолета, который Робеспьер использовал, чтобы застрелиться?

События, воспоминания о которых донесли до нас современники, следовательно, таковы, надо это признать, что не исключают версию самоубийства.

А что же жандарм Меда? Какова была на самом деле его роль в этой истории? Этого мы никогда не узнаем наверняка, но мы можем сказать, как представляем себе его поведение и как представлял он его сам.

10 термидора Леонар Бурдон вошёл в Конвент под гром аплодисментов; с ним был жандарм, которого он привёл с собой на трибуну: «Этот храбрый жандарм, которого вы видите, — сказал он, — был со мной. Он убил двух заговорщиков ( кого?… ) Мы обнаружили Робеспьера-старшего, вооруженного ножом, который этот храбрый жандарм вырвал у него из рук. Жандарм поразил и Кутона, который также был вооружён ножом». Бурдон добавил, что позже Меда говорил: «Я не люблю крови; я хотел бы никогда не проливать никакой крови, кроме прусской; но я не жалею о той крови, которую пролил: это была кровь предателей».

Председатель облобызал жандарма, объявил его имя, и Конвент поручил Комитету общественного спасения представить его к повышению.

Заметьте, что Леонар Бурдон ничего не сказал о том, что выстрел, сделанный Меда, достиг Робеспьера. Некоторые так, несомненно, подумали, и заметно, что Меда этим гордился, особенно когда, раздосадованный тем, что его сделали всего лишь младшим лейтенантом, стал преувеличивать в своем воображении собственную роль.

А кто был этот Меда?