Черные кусты обступили наш балаган. Ниже, в долинах неподвижно лежит белая полупрозрачная пелена. Высокая ясная луна в россыпи звезд похожа на пастуха, стерегущего отару.
В туманах, не умолкая, ревут олени, шумит Уруштен.
Перевал Алоус, 3 октября
Раннее утро. В балагане, хотя и горит большой костер, холодно. На дворе мороз. Трава промерзла и покрыта инеем.
Прощаюсь с Еленевским: он через Аспидный перевал возвращается на Гузерипль.
Едем вдвоем с Пономаренко к перевалу Алоус. Из-за реки Уруштен, будто провожая нас, доносится снова хриплый рев оленей.
Погода держится морозная, но солнечная. Бледное голубое небо без единого облачка. На полянах иней и снег. В лесу снега нет.
Поднимаемся на перевал. Высшая точка его — лагерь Алоус на уровне 1930 метров. Вершины гор и скалистые склоны их засыпаны снегом. На гребне Алоуса блестят ледники. К ним отчетливыми зигзагами ведет «княжеская» охотничья тропа, пробитая для подхода к турам.
Дорога идет через пихтарники и горные луга. На верхней опушке пихтового леса краснеют куртины клена. Субальпийский луг устилает путаница трав, скошенных холодами. Над ней возвышаются черные скелеты зонтичных. Грудь дышит горьковатыми запахами увяданья.
В траве шныряют перепелки. Они жирны и круглы, и скорее не бегут, а катятся. Если бы не вытянутые вперед шеи, не догадаться, что это птицы.