— Пустяки-с… главное — без инструмента сделано-с, а то бы и поизящнее можно-с, — ответил он, потупясь, и лихорадочный румянец яркими пятнами заиграл у него на щеках.
Седаков между тем налил рюмки и пригласил всех нас чокнуться.
— Давай вам бог побольше таких произведений! — пожелал я Павлу Федоровичу, когда наши рюмки обоюдно зазвенели.
— Нет уж… куда же-с… мне к могиле-с, — молвил он тихо.
— Э! что, брат, замогильничал? — ободрительно рассмеялся хозяин. — Погодите, господа, Павел Федорович нам еще и сегодня покажет свое искусство. А теперь повторите-ка.
Мы выпили снова. Вторая рюмка заметно оживила «острожного художника»; он присел как-то боком на стул, подумал немного и вдруг спросил:
— Михаил Кондратьич! Партия долго у нас простоит-с?
— Завтра думаю отправить, если солнечный день будет.
— А они-с… как намерены?., когда уезжают-с? — указал на меня глазами мой новый знакомый.
— Дня через два, — сказал Седаков, очевидно, схитрив, — а что?