— Внимание! — снова скомандовал Терентьев. — Я начинаю считать…
Матов отчетливо разглядел обращенное на него дуло пистолета Белозеровой, видел, что она пристально, с хладнокровным вниманием целится, но куда, в какое место, не мог разобрать.
— Раз… два… три, — медленно отсчитал Петр Лаврентьевич.
В ту же секунду последовал выстрел. Лев Николаевич вздрогнул, побледнел еще больше и инстинктивно пошатнулся.
Управляющий испуганно подбежал к нему.
— Не беспокойтесь, это простая царапина… — успокоил его доктор.
В самом деле, пуля задела Льва Николаевича немного выше локтя, слегка оцарапав ему руку и вырвав клочок тонкого сукна от сюртука вместе с полотном рубашки. Наступила очередь Матова. До настоящего момента он все еще смотрел на этот поединок, как на неразумную шутку, как на капризную выходку своевольной девушки, но теперь, после ее выстрела, нельзя было сомневаться в серьезности дела. У доктора болезненно сжалось сердце.
— За вами очередь, — сухо напомнил ему Терентьев и стал считать.
Матов опять вздрогнул, машинально навел пистолет, но, но дожидаясь конца счета, отвернулся и выстрелил в воздух.
— Браво! — сорвалось разом у обоих секундантов.