Джентльмен (дрожащей рукой прикрывает от солнца глаза и напряженно вглядывается). Ничего. Ничего — только красное море и красное небо.
Танцовщица (все ещё уставившись в какую-то точку, разочарованно). Пропал. Но ведь был же. Вон там и так близко. Весь зелёный и чистый — там точно был ручей и впадал прямо в море. Я даже слышу, как вода бежит по камням. Вы мне не верите? А ты, Матрос, ты его видел, а?
НЕГР не отвечает.
Больше не вижу, но я обязана. Обязана увидеть его снова!
Джентльмен (тряся ее за плечо). Не говорите глупости — никакого острова нет. Ничего, кроме солнца неба и моря. Никакой зелени. И никакой воды.
МАТРОС перестает петь, поворачивается и снова на них смотрит.
Танцовщица (сердито). Хотите сказать, я вру? Я что, глазам своим должна не верить? Говорю, видела прохладную чистую воду. И слышала, как она журчит по камням. Но сейчас не слышу — вообще ничего. (Внезапно поворачивается к МАТРОСУ). Почему ты перестал петь? Всё и так слишком жутко, а ты хочешь, чтоб ещё было хуже?
Матрос (высовывая распухший язык и показывая на него коричневым пальцем). Воды! Я хочу воды! Дайте мне воды — и я буду петь.
Джентльмен (в ярости). У нас нет ее, дурак! И всё из-за тебя! Ведь это ты выпил остаток, когда решил, что мы спим. Да и была бы — не дали. Пострадай же, скотина, ты это заслужил! Если у кого-то из нас есть вода, так это у тебя, и ты ее куда-то спрятал. (С хитрой, безумной усмешкой). Но ты не попьешь, это я тебе обещаю. Я ведь слежу за тобой.
НЕГР с мрачным видом от них отворачивается.