— Как будто Маргоська…
— Зачем она туда лазит?
— За опилками…
— Слышишь, ты! — закричал Хыба, нагнувшись над пилой. — Мигом убирайся отсюда! А то как пойду, все кости тебе переломаю! Поняла, что тебе говорят?!
— Полноте, пускай берет, — вступились мужики, — опилки ведь, не мука…
— Как бы не так! На нищих я буду работать? Слышишь? — гаркнул он, наклоняясь. — Вон отсюда, из-под лесопильни, не то как спущусь…
— Ухожу, ухожу! Не кричите! — глухо донеслось снизу, и тотчас показалась женщина небольшого роста в сером платке; плача она шла по мосткам на другой берег…
— Господь вас накажет, хозяин… — долетело на лесопильню.
— Чтоб ты околела, сука! Пропади ты пропадом! Чтоб ты издохла! — орал Хыба. — У меня ты и хворостинки не получишь…
— Я и не прошу! — послышалось из-за ручья.