— Говорит этот… купец он что ли? По манере на купца смахивает! — «Видел я, — говорит, — что его преосвященства карета будто того… неважная… Так я порадеть хочу для Бога… Коли еще хороша, так даром подновлю, а коли нет, то новую подарить хочу. Только пусть это в секрете от преосвященного будет. Если подновить придется, так я материал и мастеров за свой счет пришлю, а коли плоха — так сейчас новую доставлю, а старую себе возьму».
— Так, так, — кивнул головой Холмс. — Дальше!
— Просит карету показать!
— Скажите, что покажете, только задержите его минут на пятнадцать.
— Слушаю-с! — поклонился кучер и вышел вон.
— Ну-с, Ватсон, бегите к телефону, — сказал мне Холмс.
— Если, придя назад, меня здесь не застанете, то пройдите на чердак над каретником. Только осторожно! Лучше, если вы придете туда с Пинкертоном!
Кивнув головой, я почти бегом выскочил из комнаты.
Вызвать Пинкертона по телефону было для меня делом одной минуты.
Мой вызов произвел на него, по-видимому, большое впечатление, и не прошло двадцати минут, как он уже был на квартире у диакона.