— Как вы накурили, генерал!
У него был желтый, нездоровый цвет лица. Неподвижные, более обычного, выпученные глаза придавали ему сходство с совою.
Так как Зейдлиц ничего не ответил, король брезгливо добавил:
— Когда-нибудь я велю вас повесить на балконе, чтобы из вас выветрился табачный запах.
Зейдлиц засмеялся.
— Я бывший корнет, ваше величество. А корнета и кошку можно сбросить с балкона, не причинив им вреда.
Фридрих улыбнулся уголком рта и потрепал по плечу своего любимца.
— Что вы скажете об этом дураке Веделе? — сказал он, располагаясь в кресле. — Русские водили за нос Дона, а Веделя они просто побили.
— Наверное, у этого ужасного Салтыкова огромное войско, — прощебетала графиня.
— Что? Что? — вскинулся Фридрих. — Чушь… Простите меня, графиня. Его побили, потому что он полез в рукопашный бой. А я всегда твержу моим генералам, что нужно избегать рукопашной, потому что там решает дело рядовой, — а именно на рядового я не могу положиться.