– А как же, помню, он капитан корабля.
– Да не капитан, а командир, – поправил Лукин. – Капитаны, Васильевна, у нас на моторных рыбницах.
Все рассмеялись, а Лукин продолжал знакомить:
– Остальные – все его помощники: второй пилот, бортмеханик, радист, словом, весь экипаж.
Агриппина Васильевна, слушая зятя, смотрела на пилотов, и все они казались ей одинаково молодыми, сильными со свежими жизнерадостными, добродушными лицами. Затем она подошла ближе к ним и сказала просто:
– Сынки вы мне, я так и буду вас звать. Проходите, миленькие сыночки, садитесь.
Вскоре вышла из соседней комнаты Зина, поздоровалась и села к столу.
– Так что же, выпьем, Васильевна, за твоё воздушное крещение, – поднимаясь, предложил зять.
– Значит, впервые летели, – не удивляясь, просто сказал Петров, обращаясь к Агриппине Васильевне. – Так пусть полёт ваш будет не последним.
– Первёхонький разок, сынок, первёхонький, – отхлебнув из большого блюдца чай, отозвалась Васильевна. И, украдкой, изучающе разглядывая его, продолжала: