Внизу тёмносиняя вода вздувалась пенистыми пузырями.

Стремительно, змейкой неслась по льду гонимая ветром снежная пыль. Из тёмных разводин на лёд выбрасывалась волна и, расползаясь, терялась на его поверхности. В воздухе ходила, словно в море, невидимая мёртвая зыбь. Самолёты повернули обратно и скоро снова приземлились в форте.

– Вот так морюшко! Здесь погода, как погода, а там, что творится, – возмущался Орлов, вылезая из самолёта.

– Гляди и тут засвистит, – спокойно отвечал Рожков. – Это же Каспий!

– Да, – сказал Орлов, – как видно, сегодня отработались. – И, направляясь к автомашине, добавил: – Штормяга в море наломает льдов…

– Наломает, так наломает, что же поделаешь, – следуя за Орловым, не унывал Рожков.

Всю ночь норд-вестовый ветер шумел на Северном Каспии. Волны с грохотом раскатывались по песчаной косе, вытянувшейся вблизи посёлка Баутино. Вихрями поднималась пыль. Песок, ракушка – всё бешено неслось, кружилось и барабанной дробью било в окна…

Тишина разбудила Орлова.

Он быстро поднялся и стал трясти спавшего напротив него Рожкова.

– Коля, вставай… Слышал, что было ночью?