— Сколько угодно! Только они все мелкими бандами держатся, не могут сбиться в кучу. Сильно их порознь крошат белые.
Макар слушал во все уши, сам разглядывая тем временем окружавших их ребят, черные своды, уходящие в глубь земли штольни. Вдруг он вздрогнул всем телом: там, у входа в поперечный коридор, за большим обломком угля, он увидел странную серую фигуру, припавшую к земле. Дрожащий свет коптилок едва озарял ее, но своими орлиными глазами Следопыт все, же разглядел диковинную, словно рогатую голову, густо заросшую волосами рожу и темные-темные глазные впадины. Казалось, фигура эта жадно вслушивалась в беседу ребят, вытянув тощую шею и выставив ухо из-за камня.
— Сущий чорт! — подумал Макар и, дернув за рукав Егорку, указал ему глазами на фигуру. Егорка тоже заметил ее. Тогда Макар шепнул о ней и Любочке. Та вгляделась в полутьму, побледнела и произнесла вполголоса:
— Правда, он смахивает на чорта. Боюсь только, что он страшнее чорта!
Следопыт, услыша эти слова, спрыгнул с вагонетки и бросился к незнакомцу. Но тот мгновенно исчез, и когда мальчик очутился у входа в поперечную штольню, там уже никого не было.
Только издали, из глубокой тьмы, доносился смутный шум шагов и порой легкий стук сорвавшегося камешка. Охваченный сильной тревогой Макар вернулся к остальным.
— Не будь я красноармеец, — сказал он Любочке, — я бы побожился, что это — сатана, который заходил к нам в гости из преисподней.
— Хуже, — повторила Любочка. — Боюсь, что это — контрразведчик.
Сердце у Макара екнуло. Егорка побледнел. Любочка задала еще два-три быстрых вопроса Яшке и поспешила распустить собрание.
— Делать нечего, — сказала она Макару, подымаясь в бадье наверх, — откладывать нельзя: если это была контрразведка, нас все равно переловят всех. Так уж лучше будем действовать!