— Мак… — поперхнулся Следопыт, и даже со страху по́том облился. — Иван Перёпечко! — поправился он. — Из полтавских дворян.
— Ага!.. Так вот, мальчик, поезжай туда. Деньги есть?
— Есть, есть!.. А Любочка с ним?
— Любочка? — генерал вдруг нахмурился. — Да, с ним, — сказал он резко и сделал шаг к дверям. Адъютант ступил за ним, отстраняя Макара. Но тот опять прыгнул за генералом, почуяв в тоне Деникина что-то грозное.
— Ваше превосходительство! А контрразведка ее больше не тронет?
— Ступай, ступай, мальчик! — нетерпеливо сказал адъютант. — Узнал, что надо, и отправляйся!
Но Деникин сразу остановился, и жесткие щеки его чуть порозовели. Глаза сверкнули так сердито, что Макар даже язык прикусил.
— Не тронет! — крикнул генерал. — Девочка попала в лапы каким-то мерзавцам и бандитам, которые ее сбили с толку: хватит с нее и березовой каши!
Кровь горячо ударила Следопыту в голову. Как?! Черногорцы — мерзавцы и бандиты? Как? Выпороть Любочку?.. И как только у этого генерала язык повернулся!
— Та-ак! — ответил он, сверкнув глазами не хуже Деникина. — Дворянскую дочку — да выпороть! Одно только вам и дело — всех пороть! Работяги какие, подумаешь!.. За что?!