Целые сутки Следопыт изнывал от нетерпения, бродя по улицам Константинополя. Кипучая незнакомая жизнь города помогала ему скоротать время. Задолго до назначенного часа он уже был на мосту, и как только прибежала его «черногорка», оба быстро пошли на улицу Нури-Османие.
Селим поджидал ребят у ворот и тотчас проводил их в дом. Там, усадив их за угощение, он начал выведывать у Любочки, любит ли она своего отца.
— Люблю, — отвечала девочка. — Но я думаю, что он сделал ошибку, уехав из России: неужели так приятно быть нищим в чужой стране и раболепствовать перед иностранцами? Работу он мог бы найти и дома.
— Но ведь на родине ему грозит расстрел, — возразил Селим. — Он контрреволюционер и воевал со своим народом.
— Ему и незачем соваться туда сейчас, — заявил Макар.
— Когда наша власть окрепнет, ей перестанут быть опасными разные Балдыбаевы. Я думаю, он сумеет выхлопотать себе помилование и вернуться к Любочке.
— Поговорим с ним, — решил Селим и взглянул на часы. — Если не произошло никакой задержки, он идет сейчас с моим человеком. Через десять минут его схватят. Нам пора отправляться в путь.
Все трое вышли из домика и пошли по направлению к окраине города. Короткие южные сумерки кончались, ночь густела с каждой минутой. Скоро потянулись какие-то зловещие пустыри, заброшенные лачуги, свалки.
Турок уверенно пробирался между развалинами и кучами мусора.
После получасовой ходьбы ребята потеряли всякое представление о том, где они.