Макар тихонько свистнул. Аи да Егор! Вот это так дружище!
Он раздумывал только одну минуту: потом вскочил на ноги и оба, не говоря больше ни слова, бегом кинулись к автомобилю.
Они подобрались к нему, припадая к земле, прячась за его кузовом от часового, сидевшего на крыльце. Как блоха прыгнул Макар на самокат. Егор уже подскочил к ручке впереди машины и одним резким движением пустил в ход мотор. Мотор взвыл и затарахтел, а Егор пулей взлетел на него, сел за руль, нажал педаль и дернул рычаг скорости. Машина рванулась, будто кто-то швырнул ее в мрак. Это произошло с такой быстротой, что задремавший часовой не успел и опомниться. Когда он вскочил на ноги, автомобиля и след простыл. Обалдев от испуга и злобы, солдат выстрелил в темное пятно, исчезавшее в воротах.
Все это — рев машины, вскрик и выстрел часового, неистовый лай Дружка, успевшего на ходу вскочить в автомобиль, — произвело страшный переполох в корчме. Офицеры повскакали со скамеек и бросились во двор, стреляя из револьверов. Герш и Ципа дружно взвыли в своей тюрьме, а Балдыбаев принялся во весь голос браниться, с перепугу не попадая в свои сапоги. Одна только Любочка не испугалась, уверенная, что это Макар набедокурил; но и ей оставалось непонятным, как это Жук ухитрился уехать на автомобиле!
А наши лихие ребята во всю мочь лупили по улице села, пугая сонных мужиков гудками и отчаянным гудением мотора. Они едва различали дорогу, одни только звезды светили им. Но недаром Следопыт носил кличку «Орлиный Глаз». Глядя вперед, он предупреждал Егора о всех рытвинах и камнях на дороге, и тот ловко объезжал их. Дружок, прижавшись всем телом к своему хозяину, дрожал и жалобно скулил: он не привык ездить с такой бешеной скоростью.
Раза два Макар оглянулся: сзади продолжали яростно палить им вдогонку. Но пули пролетали так далеко от них, что за шумом мотора они даже не слышали их визга. Пока офицеры добежали до своих лошадей, автомобиль был уже далеко, и все кончилось бы благополучно для наших удальцов, если бы не случайный казак, скакавший им навстречу с донесением в город.
Казак этот, услышав стрельбу и поняв, что стреляют по автомобилю, тоже приложился и выстрелил из винтовки, когда машина проносилась мимо него. Макар почувствовал удар, будто кулаком, по шапке, — и шапка, эта бесценная шапка, слетела с его головы и шлепнулась на дорогу. Что было делать? Остановиться — попасть в лапы казаку, ехать дальше — потерять все записки и, быть может, оставить секретные сведения в руках врагов! Макар ахнул, в отчаяньи схватился за голову.
Приходилось мчаться дальше. И ребята понеслись, не убавляя скорости, пока выстрелы и крики за их спиной не умолкли совсем. Так мчались они около часа. Темные степи летели им навстречу с ужасающей быстротой. Автомобиль кидало и швыряло во все стороны.
Вдруг Егор оглянулся и сказал изменившимся голосом:
— Машина не слушается руля. Пропали!