Кручинина. А потом, что потом?
Галчиха. Потом бедность меня одолела. Как в те поры хорошо жила, всего было довольно; а тут и нет ничего. Хоть бы из одежонки что-нибудь пожаловали.
Кручинина. Да вот деньги, вот! Все отдам, только говори! (Кладет на стол деньги.) Где Гриша, что вы с ним сделали?
Галчиха. Ах, да… Бог меня наказал, вот за это за самое и наказал.
Кручинина. Да за что «за это»? Ты говоришь, что он выздоровел?
Галчиха. Выздоровел, выздоровел; как же! скорехонько выздоровел! (Косится на деньги.) Хорошо, кого господь-то наградит; а я вот горькая…
Кручинина. Ведь уж я сказала, что эти деньги будут твои, только говори. Прошу тебя, умоляю.
Галчиха. Да что, матушка, говорить-то?
Кручинина. О Грише, о моем Грише!
Галчиха. Беленькой такой мальчик?