Залешин. А про меня спрашивает?
Рабачев. Удивляется, что ты совсем исчез, не бывал у нее.
Залешин. Кланяйся, как увидишь, и скажи, что боюсь! Можешь рассказать о моем поведении и прибавить: боится-де, что будет еще хуже.
Рабачев. Да я тоже не буду у нее больше, довольно гулять.
Залешин. Это что?.. Тоже боишься?
Рабачев. Бояться!.. Чего тут бояться? А просто от дела отбился совсем, в голове что-то перепуталось.
Залешин. Не в ретивом ли закипело? Что ж, это хорошо. И не беги от нее! Ты молод, свободен, отдавайся весь страсти; а там что будет, то будет. О, боже!.. Да я… вот отпетый уже и схороненный, а помани она меня хоть взглядом, я бы за ней на край света ушел — все побросал, все прочь!..
Рабачев. Ну, а я не хочу безумствовать. Ты еще не знаешь, я еще не говорил тебе… Мне есть что беречь и чем я должен дорожить больше всего в мире!
Залешин. Женщина, другая женщина?
Рабачев. Да! И я люблю ее, крепко люблю!