Настасья Панкратьевна. Загулял?
Андрей Титыч. Загуляли-с. И таких делов наделали, что страшно сказать!
Настасья Панкратьевна. Да уж говори, что там такое!
Андрей Титыч. Тятенька барина прибили-с.
Настасья Панкратьевна. Какого барина?
Андрей Титыч. Не знаю-с, только барин настоящий.
Настасья Панкратьевна. Вот он понедельник-то! Даром не прошел! Говорила ведь я ему, говорила!
Мудров (надевая очки). Потрудитесь, молодой человек, изложить нам подробно обстоятельства дела.
Андрей Титыч. Вот-с прихожу я в суд, а у них уж все дело кончено. Тятенька отобрали из судейских человек шесть и повели их в трактир обедом потчевать-с. Пообедали честь честью-с, выпили они, сколько им следует; потом наняли судейским извозчиков, а я с тятенькой на своих и поехали в Марьину рощу-с. Все бы это ничего-с; только тятенька в Марьиной роще встретили знакомую компанию-с; человека четыре подрядчиков, какие-то магарычи запивают-с. Тут уж и пошло-с! Шенпанского сразу ящик потребовали; цыганок петь заставили.
Настасья Панкратьевна. Все это в порядке, дело очень обыкновенное.