Флор Федулыч (Ирине). В унынье находитесь, Ирина Лавровна?
Глафира Фирсовна. Да уж и я тоже смотрю.
Ирина. Ах!.. я — несчастная… я — самая несчастная… если есть на свете несчастная девушка, так это я.
Глафира Фирсовна. Что так это уж очень?
Лавр Мироныч. Моя бедная Ирень влюблена.
Флор Федулыч. Я полагаю, что это больше от чтения происходит.
Лавр Мироныч. Да, дяденька, мы с ней постоянно следим за европейской литературой; все, решительно все, сколько их есть, переводные романы выписываем.
Ирина. Только одно это утешье для меня в жизни и есть. Еще папа меньше меня читает, он делом занят, а я просто погружаюсь, погружаюсь…
Лавр Мироныч. Прежние романы лучше были; нынче уж не так интересно пишут. Вот я теперь четвертый раз Монте-Кристо читаю; как все это верно, как похоже!..
Флор Федулыч. Что там похожего-с? Я считаю так, что это только одна игра воображения.