Марфа. Да мне как хотите! Вы в таких летах, что сами об себе понимать можете. А только что вы сами говорили, что с Мироносицкой прикончили.
Мирон. Позвольте! Это точно. Только это совсем другой разговор. Был я тогда без места, какие были деньжонки, на Святой все прожил… ухнул. Ну, значит, и не на что было; поневоле пить перестанешь, коли денег нет. Что ж мне, воровать, что ли, прикажете?
Марфа. Да мне что за дело; хотите — воруйте, хотите — нет.
Мирон. Так еще согласен ли я воровать, вы меня спросите! Может, я не согласен. Я даже ужасно как этого боюсь. Попутает тебя грех в малом в чем, а на всю жизнь слава, что вор.
Марфа. Да что мне до вас! Как хотите. Только что нельзя свое место бросать.
Мирон. Какое свое место?
Марфа. Переднюю.
Мирон. Не мое это место; мое место много превозвышенное… я свыше поставлен.
Марфа. Толкуй еще!
Мирон. А вы как думали? Велика моя служба для барина, ох, велика! Ну, не знаю, между прочим, как оценит! А очень велика.