Евлалия. Нет, нет, не надо. Да я вам не верю, вы шутите.
Софья. Что за шутки! Я сама дарю. Да и как не дарить! Молодому человеку одеться хочется поприличней, да и мало ли у них расходов; а жалованье небольшое…
Евлалия. Нет, пожалуйста, не продолжайте! Это что-то будничное, прозаическое. Мы с вами не понимаем друг друга; мы говорим о разных предметах. Я понимаю только любовь чистую, возвышенную.
Софья. Возвышенная-то, пожалуй, еще дороже обойдется.
Евлалия. Что вы, что вы! Вы меня удивляете, вы меня поражаете!
Софья. Да, конечно. Возвышенная любовь гораздо скучнее, она очень надоедает молодым людям; на нее надо много времени даром тратить. Он бы почитал что-нибудь, пошел к приятелям, поиграл в карты, а тут надо возвышаться до возвышенной любви. Это очень тяжелое занятие.
Евлалия. Что такое… что за слова я слышу от вас! Да если все мужчины таковы, разве можно любить кого-нибудь из них?
Софья. Можно.
Евлалия. Скажите же мне, какого человека вы любите, какие у него качества, достоинства?
Софья. Он очень милый человек; у него есть ум, ловкость, некоторое остроумие.