Мулин. Да ведь любовь-то бывает разная.
Евлалия. Какая разная?
Мулин. Есть любовь, которую сама природа подсказывает женщине; на эту любовь нельзя не ответить; та любовь знает тайну. А то есть другая любовь, напускная, пансионского и институтского происхождения, так называемое обожание; эта любовь напоказ: ее ужасно боятся мужчины; особенно жутко бывает подчиненному человеку.
Евлалия. Подите от меня! Повторяю вам: я вас презираю!
Мулин. Презирать-то — презирайте; а и поблагодарить меня вам тоже не мешает.
Евлалия. За что это?
Мулин. Вы сами признаетесь в любви и кидаетесь на шею человеку, которого вы совсем не знаете. Будь во мне поменьше совести и уважения к Евдокиму Егорычу или только просто не служи я у него, ведь из этого мог бы выйти скандал веселый. И сам-то бы я насмеялся над вами вдоволь, да и всему бы городу удовольствие большое доставил. Так вы сначала поблагодарите меня, что я этого не сделал, а потом уж презирайте, пожалуй.
Евлалия (тихо). Благодарю вас!
Входят Стыров, Коблов, Софья.