Франциска глубоко вздохнула, словно ей трудно было дышать.
– Постель стлать? – Ей сдавило горло. Она с презрением глянула на Адама. – И что ты сказал?
– Что придешь, когда вернешься.
Большие серые глаза Франциски стали зелеными. Что-то дикое, необузданное вспыхнуло в них.
– Сволочи вы все! – шептала она ненавидя. – Слышишь? Сволочи! И ты, и твой отец… Будь он проклят, старая собака!..
Адам отшатнулся от нее.
– Почему ты Хелю не послал?
– Она не сумеет… – растерянно бормотал он.
– Сумеет! Этот кнур[18] Владислав научил уже… Вы ж нас всех продали здесь… Твое счастье, что Барбара лицом не вышла, а то и с ней спали бы все, кому захотелось…
– Что ты говоришь?