Пшигодский тоже неприязненно покосился на вертлявого человека в почерневшем от грязи летнем костюме с измятым галстучком.
– У меня ко всему дело есть, на то я…
– Шулер и охмуряло! – закончил за него звонкий юношеский голос из угла камеры.
– Ты, щенок, потише там, а то… – И человечек сделал выразительный жест рукой.
Лежавший рядом с Пшигодским пожилой рабочий с бледным худощавым лицом вмешался в перепалку:
– Осторожнее с кулаками, пан Дзебек. Пшеничек верно сказал. Факт, что ты всех простачков в камере обобрал?
– Я? Обобрал? – И Дзебек сунул руку в карман. Камера давно проснулась, но лишь теперь пришла в движение. И в этом движении Дзебек почувствовал явную угрозу.
– Как ты думаешь, Патлай, чего он руку в карман сует каждый раз, когда ему хвост прищемляют? На испуг, что ли, берет или у него такая поганая привычка? – спросил соседа Пшигодский.
– Я знаю, у него там безопасная бритва, – подсказал юноша из угла, надевая сапоги.
Затем он быстро встал и, шагая через лежавших на полу, подошел к Дзебеку. Это был высокий белокурый парень с голубыми глазами, одетый в рабочее платье пекаря. Полиция арестовала его на работе за то, что он с ножом кинулся на хозяина, избивавшего десятилетнего ученика. Хозяин отделался легкой царапиной, по Пшеничека ждал суд.