С багажника можно было легко дотянуться до велосипедного насоса. Вот она замахнулась рукой с насосом, вот нанесла им удар. Глухой треск болью отозвался в ее сердце - однако Хотценплотц продолжал катить дальше как ни в чем не бывало.
- Не стесняйтесь, бабуля, - проговорил он. - Только не забудьте, пожалуйста, что на голове у меня каска. Полицейская каска.
Тут бабушка осознала, что предпринимать что-либо не имеет смысла, и собралась было в сердцах швырнуть со свистом велосипедный насос, Но потом вспомнила, что насос ведь, собственно, принадлежит господину старшему вахмистру Димпфельмозеру, и потому она предпочла этого все же не делать.Задним ходом
Касперль и Сеппель снова освободили свое пленника от пут. Им было ужасно жаль бедного господина Димпфельмозера. Они помогли ему надеть мундир и не менее дюжины раз горячо заверили, как сильно они сожалеют о недоразумении, жертвой которого он стал.
- Собственно говоря, - подумав, произнес Касперль, - в этом неприятном сюрпризе виновата химчистка. Кто ж мог предположить, что дело обернется так быстро?
- Н-да, - проворчал старший вахмистр Димпфельмозер, - жизнь преимущественно и состоит как раз из неожиданностей. У этого Хотценплотца больше везения, чем ума! Должен сказать, что вы очень здорово меня саданули… Ладно, оставим это. Давайте-ка подыщем себе сколько-нибудь подходящее местечко да устроимся на ночлег. Завтра с утра кто-нибудь наверняка уж подойдет и выпустит нас отсюда.
- Завтра утром? - переспросил его Касперль. - Так долго мы ждать не можем!
- Это почему же не можем?
- Из-за бабушки, - сказал Сеппель. - Хотценплотц что-то замыслил против нее, он сам нам об этом проболтался.
- И поэтому, - настаивал Касперль, - мы не можем терять времени и должны выбираться отсюда!