— Для себя, отец, я ничего не требую, для народа… многого!
— Все это вздор! — крикнул Бенедикт, нахмурив брови и приподнимаясь с кресла. — Знаю я, где ты был, догадываюсь, чего они тебе наговорили там! Жалуются, что я их добро захватил, шкуру с них сдираю, — ведь, правда?
— Да, отец!
— Так подожди же!
Он подошел к шкафу, вынул оттуда связку бумаг и разложил их на столе.
— Смотри сюда и читай. Ты должен посмотреть и прочесть! Ты должен убедиться, что участок земли, который они хотели оттягать у меня, всегда принадлежал Корчину… Ты должен краснеть за предположение, будто твой отец когда-нибудь и кого-нибудь ограбил… До этого я еще не дошел… Нет! Стыдно тебе!..
Руки и голос пана Бенедикта дрожали, когда он развертывал на столе план Корчина и читал выписки из старинных актов.
— Ну, что, стыдишься ли ты теперь? — спросил он, окончив свое объяснение.
— Нет! — ответил Витольд.
— Как? Ты еще не убедился?