— Адам, запоздали вы с клевером, просто смотреть стыдно! Достанется вам от отца.
Рыжий, задетый за живое, не оборачиваясь, гневно ответил:
— Смотри за своим носом, а чужих не тронь!
— Э, отец на нас сегодня и не смотрит! Из города только — что вернулся, все о судебном деле толкует!
— А я уж по своему клеверу нынче и запахал! — поддразнивал Ян.
— Известно! Еще чего не сделал ли? Невидаль какая! — ощетинился косарь.
— Весь в отца уродился, такой же сердитый, — обратился Ян к Юстине. — Они мне троюродными братьями приходятся, сыновья Фабиана Богатыровича. Живем мы ладно, только теперь Адам не в духе, потому что ему осенью в солдаты идти придется. Как вспомнит об этом, так целый час простоит, как истукан, на месте… Есть еще и четвертый у них брат — Юлек, да тот все на Немане со своею собакой Саргасом пропадает. А сестру их Эльжусю вы видели?
Он остановился, придержал коней и грустно вымолвил:
— Вот уж и околица, и дорога к панскому двору.
Он снял шапку и помялся на месте.