Юлианка вспыхнула, глаза у нее засверкали гневом. Но она ничего не ответила, потому что в это время выплетала ленту; затем молча протянула ее Анке. Анка так и подскочила от радости и сразу же принялась вплетать ее в косичку, а Антек, кривляясь и гримасничая, принялся снова издеваться над Юлианкой.
— Глядите, вот так принцесса! Подарки раздает!
— А помнишь, как у нас за метлой жила, картошку под скамьей ела?
У Юлианки сжимались кулаки. Казалось, она вот-вот бросится на него. Однако она только вытянула шею и показала ему язык: в такого рода мести ей было трудно себе отказать. А потом, испугавшись, она пустилась бежать со всех ног к лестнице, которая вела в комнату панны Янины.
Антек и его товарищи хотели было погнаться за ней, но у них не хватило духу. Они не осмеливались врываться в комнату учительницы: все жильцы невольно признавали, что панна Янина стоит выше их, — оттого ли, что она носила шляпу, оттого ли, что в окне у нее висела клетка с канарейкой или еще отчего-то.
— Она детей учит, — говорили они, — значит, образованная, и обхождение имеет вежливое!
Но самые достоверные сведения об образовании, полученном этой бледной, худенькой женщиной, имела старая Злотка; сведения эти были почерпнуты от самой панны Янины. Как-то, сделав свои обычные покупки — немного сахару и керосину, — панна Янина спросила:
— Ничего новенького для меня нет?
Злотка отрицательно покачала головой.
— Я у многих спрашивала, — ответила она, — узнавала, но никому не нужно… У нас в городе сейчас страх как много учительниц… больше чем детей… А разве вам мало уроков, которые у вас есть?