— Тсс! У меня на руках не сметь реветь… Ну, кланяйся и благодари гостей.
Иван Васильич поставил Лизу на стол, загроможденный стаканами и бутылками, и наклонил ее голову сначала направо, потом налево.
— Слышишь, Лизавета, — продолжал Иван Васильич, — у меня смотри… у меня нини!.. Ну, хочешь подброшу?
Он ущипнул дочь за щеку и в самом деле схватил ее на руки, чтоб подбросить…
— О, бога ради! — простонала несчастная мать, бросаясь к Ивану Васильичу, чтоб выхватить ребенка из рук его. — В своем ли ты уме? Ты навек ее можешь сделать уродом…
— Прочь, баба! — загремел Иван Васильич, с сердцем оттолкнул жену и высоко, как мячик, подбросил Лизу почти к самому потолку, при общем и единодушном хохоте.
Мать вскрикнула и закрыла глаза руками.
Но Лиза уже была в объятиях отца…
— Ну, чего испугалась? — сказал Иван Васильич, обратясь к жене, — чего глазато закрыла? Не понимаешь что ли, что я играю с ребенком? Ох вы мне, неженки!..
Ну возьми ее, да отправляйтесь на свою половину, а нас оставьте погулять…