Солнце скрылось в облако и раскалило его своим прикосновением, и облило пламенем весь запад. Мы плыли молча; только слышались однообразные всплески воды, возмущаемой веслами. Заря бледнела, ее пурпур сменялся кротким розовым светом, который отражался в воде. Лицо княжны разгорелось, локоны развились, маленькая ножка ее в черном шелковом башмаке упиралась в перекладину ялика.
- Погодите грести, отдохните, - сказала она: - я устала…
- Разве я не могу грести один, княжна? позвольте мне ваше весло.
- Нет, не позволю, - произнесла она рассеянно. Ялик остановился на средине озера.
- Как бы мне хотелось быть теперь на море, - говорила она, - на корабле - и плыть долго, долго… Хоть я люблю это озеро, но оно слишком мало: его по- настоящему нельзя даже величать громким титлом озера… Мне всегда было так легко, когда я смотрела на морскую даль, сливающуюся с горизонтом…
Княжна задумалась и чрез минуту продолжала:
- Я увижу опять Средиземное море… Неаполь. У меня так много воспоминаний в
Италии! Видите ли, и я иногда мечтаю… А вы поедете вместе с нами?
- Я думаю.
- Вы только еще думаете?