- Я еду наверное, княжна. К вашим услугам будет и живописец, и поэт.
- Какой поэт?
Я рассказал ей о предложении вести путевые записки, о Рябинине и о прочем.
- До сих пор я ничего не слышала об этом… Поэт! а скоро будет сюда поэт?
- Может быть, скоро.
- Это прелюбопытно. Я знала только одного поэта, но его теперь нет в Москве. В
Италии я видела импровизатора, страшного, с черными, сверкающими глазами, с длинными, всклокоченными волосами. Он ужасно кричал и размахивал руками.
- Поэт, который поедет с нами, совсем не так свиреп.
- Право?.. Сказать ли вам, о чем я теперь думаю? Я думаю о вас… то есть о том, как вы умели хорошо передать на вашей картине вечер. Я часто смотрю на вашу картину. Она стоит в моей гостиной.
Княжна опустила свои длинные ресницы и потом, как будто ожидая, что я заговорю, посмотрела на меня младенчески-простодушно. Я молчал…