Вслед за тем в углу той же самой комнаты послышался долгий и глубокий вздох.
В этом углу на диване у печки сидела маменька Наташи, в белом чепце и в темно- пюсовом капоте.
- Что это, матушка, ты уселась тут у окна? - произнесла маменька печальным и болезненным тоном. Иначе она не говорила.
- Что-с?.. - спросила рассеянно Наташа.
- Ах, боже мой, что ты, оглохла, что ли?.. я спрашиваю тебя, зачем ты уселась у окна?
- Да отчего же мне не сидеть тут?
- Хоть бы занялась чем-нибудь.
- Да чем же мне заняться, маменька?
- Чем? - проговорила Олимпиада Игнатьевна, - ну, коли нет никакой работы, хоть бы чулок вязала. Все занятие.
Затем последовало молчание.