— И не такое выдержу, — сказал Зайцев с угрюмым задором.
— Ну, так не теряйте времени, дорогие. — Инженер-капитан-лейтенант направился к шахте. — Я в пост энергетики. Мичман, об исполнении тотчас доложите. — Есть тотчас доложить об исполнении, — так же просто сказал Куликов.
Кочегары взялись за тяжелые цепи. Пламя в топке погасло. Зайцев мельком глянул в ее медленно темнеющую глубину. Оттуда несло нестерпимым жаром, на кирпичной кладке желтыми язычками все еще вспыхивала нефть. Он направил туда свет переносной лампы. Теперь еще яснее было видно, как течет из трубок, размывая топку, вода.
Он чувствовал, как все сильнее бьется сердце, как это биение отдается даже в кончиках пальцев.
— Вату и вазелин! — приказал мичман.
Из угла котельной принесли большую банку вазелина и пакеты с ватой. Зайцев протянул руку.
— Подожди, раньше батьки в воду не суйся, — резко сказал мичман.
— Так я же вызвался! — сказал Зайцев.
— Ты вызвался и жди, — пробормотал мичман. — Шланг сюда.
Зайцев подтащил шланг.