Писатель поставил себе целью показать движение страны, ее развитие, ее рост, от «экзотически» отсталой и нищей окраины к свободной, цветущей социалистической республике.
Тема победоносного строительства социализма отныне становится главной, определяющей все творчество П. Павленко.
Позже, уже зрелым писателем, в одной из статей, обращенной к советскому юношеству, П. Павленко выразил свое великое преклонение перед красотой и могуществом советской отчизны: «Никакой роман не успел бы следовать за движением нашей жизни, — так она стремительна и разнообразна, так повседневно нова, так ошеломляюще богата».
В очерках «Путешествие в Туркменистан» П. Павленко очень точно определил свою творческую задачу. Он заявил о стремлении отразить «диалектику темпов и времени», стремительность развития страны. «Туркмения прошлого ликвидируется… Еще три, четыре, пять лет — и начнет жить другая страна, и мы спешили литературно зарегистрировать сегодняшнюю, которая так и не была известна в искусстве». Эпизоды и факты, свидетельствующие о переустройстве всей жизни республики, П. Павленко излагает нарочито суховато, иллюстрируя их цифрами и сопровождая разнообразными деловыми предложениями. Писатель как бы стремится воссоздать деловую атмосферу первых лет строительства социализма.
Очерки о Туркмении во многом как бы дополняют книгу «Стамбул и Турция». В одном из разделов этой книги рассказана трагическая история опытного шелковода, гренёра, который доказал, что Брусса — центр турецкого шелководства — находится на грани упадка, так как брусский червь поражен заразной болезнью, с которой необходимо немедленно начать борьбу, иначе гибель грозит всей промышленности округи. Шелковод в течение тридцати лет производил записи наблюдений над червем и открыл способы его лечения. Но иностранные предприниматели уничтожают его записи. Им невыгодно заниматься оздоровлением шелковичного червя, это отзовется на их сегодняшних прибылях. А будущее турецкого шелководства их нимало не заботит («Шелковый город»). В очерке «Шелк» из книги «Путешествие в Туркменистан», а затем в рассказе «Шелк молодых» («Молодая гвардия», 1931) Павленко рисует образ советского шелковода. Это рабочий Анна-Мамед. Дед его, Нияс, заложил некогда первые тутовые рощи на берегу Аму-Дарьи и снял первый кокон. В годы советской власти отец, мать и сестра Анны-Мамеда, по призыву партии, были посланы аулом в качестве первых рабочих на новую ашхабадскую фабрику шелка. Молодой рабочий Анна-Мамед — мечтатель и деятель. Он борется против байской пропаганды и изучает науку шелководства, становится в этой области новатором. И эти два дела сливаются для героя очерка воедино. «Что такое шелк? — говорит Анна-Мамед. — Партработа. Чем я могу ответить на провокацию Беги (бая. — Л. С.)? Я отвечаю удвоением урожая коконов». Анна-Мамед — человек социалистического мира. Он хозяин своей земли и своего будущего.
Повесть «Пустыня» (1931) нельзя рассматривать в отрыве от туркменских очерков П. Павленко. Но если в последних все же на первый план выступают «факты тысяч дней» и «дни, набитые фактами, как время», то в повести писатель стремится выявить сущность исторических процессов, современником которых он является. Основная тема «Пустыни» — это социалистическое преобразование природы и воспитание людей из народа. Символична та борьба со стихией, которой открывается повествование: «Аму-Дарья прорвала ночью свой левый берег у кишлака Моор и ринулась, ломан тугайные заросли, в пустыню». Но на пути у разбушевавшейся реки, несущей смерть всему живому, встают коммунисты. По приказу партии инженер Манасеин — строитель каналов — возглавляет отряд по борьбе с наводнением. Героям приходится бороться и с вражеской пропагандой и с теми, кто исподтишка пытается сорвать работу экспедиции, они вступают и в открытую схватку с басмачами. И все же эти героические подвиги, как указывает писатель, являются лишь прелюдией к еще более значительным событиям — к началу повседневного упорного труда по освоению и обживанию пустыни. Мысль Маяковского о том, что в Стране Советов «простым делаемым делом» стало «недосягаемое слово «социализм», красной нитью проходит через всю повесть П. Павленко.
3
В 1932 году П. Павленко заканчивает работу над романом «Баррикады», посвященным событиям Парижской Коммуны, и публикует его в журнале «Новый мир» (№№ 6 и 7–8 за 1932 год). Обращение к этой теме было не случайным. Чувство живой развивающейся истории было всегда присуще Павленко. Героические события 1871 года давно вошли в духовную биографию писателя. П. Павленко в своей статье «Как я работал над «Баррикадами», писал: «Случилось так, что в детстве я больше всего слышал о Парижской Коммуне, и она вошла в меня как первый познанный опыт мира, как первая радость мужества. О том, чтобы написать о Коммуне, думал давно, много лет назад, но только теперь задуманное, напластованное стало оформляться».
Начало работы над «Баррикадами» П. Павленко относит к весне 1931 года, «когда мысль написать повесть о Парижской Коммуне стала вопросом непосредственного рабочего плана».
Тема творческой силы коммунизма, тема величия деяний рядовых тружеников революции впервые столь четко возникает в творчестве писателя. Роман «Баррикады» является как бы подступом к последнему произведению П. Павленко — к «Труженикам мира».