— У нас один школьник по-немецки малость читает, так он собрал штук пять или шесть дощечек с надписью «Минировано». Помните, они, как заняли город, выставили такие вокруг? Собрал их да на выходе из города и растыкал. Честное слово, аж смех брал! Скопилось машин пятьдесят. Шоферы руками машут, саперов вызвали. Те и карты посмотрели, полезли, как дураки, по всем обочинам, с полдня ползали, пока догадались, что это обман.
— Молодец твой школьник. Ты скажи ему это от имени штаба. Еще у кого что?
Делегаты кратко высказались и стали по одному расходиться.
Остались Коротеев и Медников.
— Когда выходишь? — спросил Медников.
— Немедленно.
Коротеев вынул из печи сверток, достал из него грязную немецкую шинель, белье, обувь.
— Боюсь я за тебя, Никита Васильевич, а итти надо, ничего не поделаешь.
— Я сыграю чеха, это у меня выйдет, — сказал Коротеев. — Бегу, мол, из русского плена. Точка. Да я не немцев, скажу тебе, боюсь — опасаюсь я партизан наших не найти. От Александра Ивановича никаких сведений вот уже трое суток. Никогда этого не было.
— Пустяки. Мы бы слыхали, если что. Они б тут по всему городу раззвонили, попадись им Коростелев. Пустяки.