Коротеев нарядился немецким солдатом.
— А ну, сыграй, как оно у тебя выйдет, — попросил Медников, но Коротеев замахал на него руками.
— Не проси. Сглаза боюсь. Я, брат, суеверен. Дай я тебя поцелую, — увидимся ли, кто его знает.
Он подошел мелкими шажками полного и немолодого человека и, громко чмокая, расцеловал Медникова.
— Шаг не забудь. Шаг! — сказал тот сквозь поцелуи.
— Да, да. Верно. Спасибо — заметил.
И вялым, но широким шагом, шаркая сбитыми в каблуках сапогами, словно превозмогая болезненную усталость, Коротеев, не оглядываясь, вышел из комнаты, совершенно не похожий на того Коротеева, который только что целовал Медникова.
3
…Страшны леса приильменьские.
Кто и родился в них, не знает всех тайн, всех глубин, всех излучин этого дикого царства.