— Бери сани, перевози раненого в малую сторожку, — сказал ей отец. — Павел там, что ли?
— Здесь был, — ответил Чупров. — Все возле Сухова терся, озорник.
— Так. А сейчас он где?
Никто не ответил.
— Если в малой сторожке застанешь его, Наталья, вели без меня шагу не делать!
7
Как только Павел увидел отца, он сразу понял, что настала минута, решающая судьбу всей жизни. Узнав, что отец был в штабе, и сразу догадавшись, что Сухов там, конечно, не был, Павел окончательно растерялся и убежал в лес. Выстрелы прозвучали за его спиной, и он легонько всхлипнул, ожидая пули в спину.
Он не знал, зарыться ли ему в сугроб, спрятаться ли в ельник, или уходить, куда ведут глаза. Но глаза его никуда не вели, в сугроб зарываться было долго, и он присел под ель, наблюдая за поляной. Сухов уже скакал на коне в лес.
— Аркаша, друг! — закричал Павел. — Аркашенька, дорогой, что ж ты, крест тебя накрест!..
Аркашка махнул ему: дескать, дальше где-нибудь — и скрылся из виду.