Городцов. Не тот товар, верно. Лучше бы ты первачу наварила. Округлилась бы тогда твоя операция.
Софья Ивановна. Научите, вижу. Сам займись, деточка, хлебни горя.
Городцов. Первач — дело классное. А ты брезгуешь. Может, партийная?
Софья Ивановна. Не партийная, а около. Дочка в райкоме работает, нам с первачом не возиться.
Городцов. Чего ж ты тогда в капитализм ударилась?
Софья Ивановна. Ай, не говорите, самой стыдно.
Городцов. Житуха-то у вас, видать, незавидная… А как тут места? Привязчивые? Немец много наломал? ( Оглядывается.)
Софья Ивановна. Не говорите.
Городцов. Видать, порядочно… И вообще — мелкого формату дело у вас… У меня ж душа — пшеничная, хлебороб-степняк, а тут горизонта не видать, горами обгородились, как в блиндаже.
Софья Ивановна. Погоди, завтра глянешь — душа замрет.