— Сичаза надо пропуск! — добавляет он. — Говори, пожалста, господин Антона!
Быстро взглянув на Варвару, Антон спокойно усаживается на лавку, к столу, небрежно отстраняя окружающих его японцев.
— Садись, офицер! — говорит он японцу. — Вот кончится стрельба эта, я схожу, снесу письмо. Чего вы стоите? Садитесь, раз в гости пришли!
— Моста, моста! — повторяет японец. — Шибко важно письмо. Сичаза надо!
Второй японец, обшарив горницу, всматривается в сторожа Ерофея, шепчет ему:
— Если деньги надо — наша много деньга есть. Христосу воскресу! Водка пить! Курица кушать!
Антон оглядывает своих.
— Старик у нас непродажный, — весело говорит он, — на племя его держим. А курицу, ежели желаете, это мы можем вам преподнести. Сколько угодно. Куры у нас есть. Ксения, — громко говорит он, — поди, детка, принеси пяток курей!
— Стоять! — шипит офицер, не зная, к кому относилось обращение Антона, и снова требует: — Пароль! Пароль!
Он знаками и мимикой показывает, что вот отнесет письмо, вернется, тогда и кур возьмет. За хатой слышен топот больших ксениных сапог.