— Учитель-ака, напиши мне письмо в колхоз.
— Что вы, отец? До вашего колхоза час ходьбы.
— Это целый кубометр земли, дорогой, кубометр — туда, кубометр — обратно… убыток ходить самому. Рубаху, штаны хочу просить у старухи, — обращается старик за сочувствием к «ученикам». Он действительно ужасно грязен.
Фатьма с любопытством вслушивается в разговор.
— Завтра нам концерт позора делают, — продолжает старик. — Артистки петь будут, чтобы мы вперед немножко продвинулись. И так стыдно, а тут еще грязь такая… Наш колхоз «Руки прочь» — чистый колхоз, — говорит он Фатьме. — А вы можете посмеяться над нами.
— Кто письмо понесет? Все заняты. Сам сходи.
— Если я уйду, все уйдут. Что ты! — самодовольно произносит старик.
В колхозе «Руки прочь» в начале ночи собрались старики и женщины.
На темном небе — над будущим каналом — вспыхивали багровые зарева взрывов. А по горизонту — тысячи огней от костров и факелов, словно там, в песках, мгновенно вырос большой сказочный город.
Иногда оттуда доносился слабый ветер музыки, две-три неясных музыкальных фразы, крик нескольких сотен людей, гул взрыва, грохот и лязг экскаваторов.