Хочется начать беседу уже сразу часа на два подряд. Где переводчик? Эй, кто там? Кто способен? Друзья, кто хочет помочь? Просим. Нельзя же только улыбаться один другому в рот и жать руки.
Переводчик быстро находится. Это художник Сикорский. Учился, говорит, вместе с Дейнекой. Считается здесь очень знаменитым. Потом подходит еще один художник, тоже русский, но менее знаменитый, потом переводчик русских книг, — этот совсем не знаменит, но русским языком владеет лучше всех остальных вместе взятых.
Фаст напоминает родственника, давно уехавшего из дому, которому все интересно и все надо узнать сразу. Расспрашиваем друг друга о любимых писателях, о посещенных странах, о семьях, о детях. Многое схоже, и это очень приятно.
Здоровается коренастый застенчивый человек. О нем говорят просто:
— «Банда Теккера»!
— Это Айра Уолферт, роман которого «Банда Теккера» у нас переведен.
— Нравится мой роман в Советском Союзе?
— Нравится, — говорю. — Очень страшная у вас тут жизнь, читаем и удивляемся.
— Жизнь… жизнь. Она страшней иной раз любого романа.
Знакомят с Агнессой Смэдли, молчаливой немолодой женщиной в красном жакете. Она беспрерывно курит, точно только что вела нервную беседу и до крайности взволнована. Кто мог подумать тогда, что скоро ей придется покинуть родину и умереть вдали от родного дома, затравленной недочеловеками официальной Америки?