Отец ждал новых неприятностей от начальника города и ходил хмурый и сердитый. А тут, как нарочно, выискался один торговец: «Продайте да продайте… Я буду его хорошо кормить, построю большую клетку. Ему будет у меня прекрасно».
Отец и мать долго крепились. Очень уж им не хотелось расставаться с Васькой. Но он стоил очень дорого, и потом недовольство соседей, которые начали придираться к Ваське, и еще многое другое заставило их поколебаться.
И, как назло, Васька опять наскандалил.
Как-то, часов в двенадцать дня, отец услыхал страшный вопль. Он выскочил во двор. У крыльца металась мать. Она кричала и показывала рукой на плетень.
Там лежал маленький дикий козел. Он кричал, буквально как ребенок, а на нем, подпустив ему под ребра когти и закатив глаза от умиления, сидел негодный Васька.
Когда к нему подбежали, он соскочил с козлика и бросился удирать. Хорошо, что после памятной порки за петуха Васька боялся отца. Но все-таки, убегая, он вцепился ему в сапог.
После этого нам строго-настрого запретили спускать Ваську с цепи: он целыми днями сидел теперь на привязи.
Прошло дней десять, и Васька опять учинил разбой. На этот раз он как-то сам отвязался и схватил жеребенка. Правда, и в этом случае его сейчас же поймали, но Васька цапнул кого-то и уже по-настоящему. Тогда старшие окончательно решили, что придется с ним расстаться.
Они позвали торговца (поставщика зоологических садов) и, взяв с него слово, что он будет хорошо обращаться с Васькой и не отвезет его в зверинец, согласились Ваську продать.
Мы сначала не поверили, что Ваську скоро увезут. А потом подняли такой крик, что родители прогнали нас в сад. Туда же, в сад, явился и хитрый торговец. Он стал угощать нас конфетами, приглашал нас в свой зоологический сад и говорил, что очень любит зверей.