Он протянул сквозь решетку лапу, и мы все по очереди ее потрясли.
Пол в Васькиной клетке мы вымыли и насухо вытерли тряпками, солому аккуратно перетрясли, а насчет миски сказали, чтобы мыли ее получше, а то Васька не станет лакать из нечистой посуды. И все, что ему потом приносили поесть, мы очень внимательно проверяли. Дома мы подробно рассказывали о том, как живется тигренку, и в первый же свободный день отец с матерью пошли к нему вместе с нами.
То-то радость была у Васьки! Отец сейчас же открыл клетку и отпустил Ваську бегать по огромному саду. Васька прыгал, валялся на траве, а главное, терся об ноги отца, лизал ему руки, обнимал его и буквально не сводил с него глаз. И все время у него под усами как будто шевелилась улыбка, так похоже на короткий смешок было его мурлыканье: мм-хмм, ахм-ммхм..
Но вот все наигрались и нагостились, и наступило время уходить. Васька спокойно и доверчиво пошел за отцом в клетку. Отец быстро выскользнул из нее, и дверь захлопнулась. Васька помирился даже и с этим. Он продолжал мурлыкать, несмотря на то, что его запирали в клетку, и терся головой об ее прутья. Но все это только до тех пор, пока мы не начали двигаться к выходу и не исчезли в калитке.
Тогда Васька бешено кинулся на стенки клетки и отчаянно закричал нам вслед, и это было очень грустно слышать…
Новый Васькин хозяин старался, по мере сил, окружить его таким же хорошим уходом, каким он был окружен у нас, но он не любил животных, а смотрел на них только как на доходное дело. Притом же он очень боялся Васьки.
На счастье, казак Измаил, который жил прежде у нас и всегда любил и баловал Ваську, согласился перейти к Васькиному новому хозяину специально для того, чтобы ухаживать за тигренком.
Это очень облегчило Васькину участь.
С Измаилом Васька стал меньше скучать по дому, и вообще жилось ему хорошо. Кормили его прямо как на убой.
Понемногу все привыкли, что Васька живет не дома, а за несколько кварталов.