— Фу, какое безобразие! — рассердилась мама, вытаскивая из моей шляпы кусок заплесневелого сыра, запрятанного туда Франтом. — Этот негодный лисенок разведет нам уйму мышей.
— Нет, мама, ты так не говори, — заступилась за Франта Соня. — Он, правда, может быть, и разводит их немножко, но зато сам их и ловит.
Это было действительно так, и мама не нашла, что ответить.
Франт очень любил ловить мышей. Бывало, он часами расхаживал по комнате, то-и-дело останавливаясь и нюхая щели в полу.
Он плотно прижимал нос к щелке, озабоченно фыркал и крутил головой. Или так: идет тихонько по комнате, вдруг насторожит уши, смотрит, смотрит в одну точку на полу да как подскочит всеми четырьмя лапками! Значит, в этот момент под полом пробегала мышь.
Однажды Франту удалось поймать мышонка. То-то он был счастлив и горд!
Он долго, как кошка, носил его в зубах и играл с ним, подкидывая его лапой. Но кончилось это удовольствие большим огорчением для Франта. В самый разгар игры, когда Франтик, оставив полуживую мышь на середине комнаты, отбежал в сторону и, прижавшись к полу, следил за ней горящими глазами, откуда-то со шкапа спрыгнула кошка, схватила мышь в зубы — и была такова.
Франт заметался по комнате, но ничего не мог поделать.
— Вот видишь, Франтик, — назидательно заметила Наташа, — зачем не съел ее сразу? Помучить хотел? Ну а теперь мучайся сам.
