— И прекрасно. Заводи себе другую лошадь. А Чубарку оставь ребятам. Выходят его — их счастье.
Соня не удержалась и хлопнула в ладоши.
— Ну и мама!
Она толкнула дверь, и мы со смущенными и радостными лицами гурьбой ввалились в комнату.
Утром мы нашли Чубарого в том же положении, что и вчера. Только солома вокруг него была помята и разбросана. В чолке и гриве запуталось много соломинок. Видно было, что он бился о землю, стараясь подняться. Это вчерашний длинный перегон отнял у него последние силы.
Когда мы подошли, он снова пробовал подняться; вытянул передние ноги и с усилием привстал.
Напрасный труд. Задние ноги и круп совсем не слушались его. Чубарый тяжело повалился, вздохнул и заколотился о подстилку головой. Потом снова рванулся.
— Встает!.. Ну-ка, поддержим.
Соня подставила плечо. Я помогла ей.
Мы видели, как делал один извозчик, когда у него упала лошадь.