— Ну и фрукт! Ведь это же форменный разбойник, — сокрушались отец и мама.
Наконец, жестоко выдранный кем-то, Мишка присмирел и стал держаться ближе к дому.
Мы вздохнули свободнее, но не надолго.
Однажды Мишка заявился домой и принес на рогах огромный хомут со шлеей. Он, наверное, увидал его у распряженного воза и принялся бодать. Просунул рога, а вытащить обратно не смог и, испугавшись, примчался вместе с ним.
Когда он влетел домой с таким украшением на голове, поднялся дружный хохот.
Хомут сняли. Сделали о нем объявление, но хозяин почему-то не явился за ним. Так этот хомут и остался у нас и впоследствии очень пригодился в хозяйстве.
Такое же происшествие случилось несколько недель спустя. На этот раз Мишка вновь посетил своего отшельника и унес на рогах его шубу.
Мы работали около дома и вдруг увидели такую картину: по дороге к кордону важно выступает Мишка, неся на высоко поднятой голове тяжелый меховой тулуп, а сбоку рысью бежит отшельник, изрыгая проклятия по адресу Мишки.
Мишку загнали во двор, отобрали у него шубу и отдали хозяину. Он с ненавистью посмотрел на Мишку и ушел, пожелав ему поскорее подохнуть. Но Мишка и не подумал дохнуть, а процветал попрежнему.
Мы вырастали бок-о-бок с Мишкой и постепенно перестали его бояться. Когда он терял рога и становился беспомощным, мы жалели его, баловали и незаметно привыкали чувствовать себя его покровителями.